Новые телевизионные ситкомы первого месяца весны

Новые сезоны любимых комедий и мультсериалов

Продолжение любимых драматических историй

Новые остросюжетные и криминальные триллеры

Юэль Киннаман: Работать с Мирей Инос было сплошным удовольствием


Глен Уипп (ГУ): Сегодня мы беседуем со звездой сериала «Убийство», Юэлем Киннаманом. После стольких отмен вы всё же закончили его.

Юэль Киннаман (ЮК): Да. Сериал был как таракан кабельного телевидения — он никак не мог умереть, и как бы иронично это не звучало, назывался «Убийство». Мне кажется я недооценивал, как много он значит для меня, как ценно было чувствовать то, что мы пришли к настоящему завершению. Было в удовольствие снимать заключительный сезон. Последнюю серию мы делали с Джонатоном Дэмме, режиссёром, который, люди не знают... который работал над кинокартинами «Филадельфия» и... эмм... как это... (смеётся)

ГУ: «Молчание ягнят».

ЮК: Да, точно, «Молчание ягнят». Да. Так что последний был великолепен.

ГУ: У сериала было много яростных поклонников, именно поэтому вы продолжали возвращаться к нему?

ЮК: Именно. Мне кажется, Netflix чувствовал напряжение Вины, Вины Сад, исполнительного продюсера последнего сезона. Я думаю зрительская аудитория не была настолько крупной, насколько рассчитывал AMC, но Netflix и все остальные осознавали, что люди, которые смотрели сериал, высоко ценили его и он что-то для них значил.

ГУ: Это, возможно, такой тип зрителя, который смотрит сериал на Netflix, а потом возвращается, чтобы прокручивать его ещё и ещё. А как насчет изменения атмосферы, после переезда с AMC на Netflix?

ЮК: В последнем сезоне Холдер говорит так, как должен разговаривать Холдер. Мы смогли использовать слова, которые хотим и... ну, не было цензуры, потому что это интернет. До этого нас, временами, по ощущениям, сдерживали ограничения. Когда делаешь сериал на AMC, у тебя на руках два типа сценария (смеётся)

ГУ: Для твоего персонажа, Холдера, язык — не особо важный момент, он ведь, скажем... эээ...

ЮК: Уличный чувак, да.

ГУ: Многие поклонники буквально собирают коллекции «холдеризмов». Было ли какое-то направление, касательно вида речи с самого первого дня или ты что-то привнёс своё?

ЮК: Нет. В пилотной версии была реплика, где от меня требовалось показать, что у героя есть свой стиль разговора и я решил делать так. Потом, когда мы снимали весь пилот, я много забавлялся игрой своего персонажа перед Пэтти Дженкинс, которая режиссировала пилот. Я, вроде как, по-своему развлекал её, чтобы заставить смеяться. Оттуда пошло много всякой всячины. Потом был большой перерыв, как это обычно бывает после выпуска пилота и завершения сценария всего сезона. А потом я почувствовал, что всё глубже втягиваюсь в это. Всё могло закончиться катом, потому что совершенно не соответствовало тому, о чём должны были быть сцены. Но позже я увидел, что всё оставили. Я чувствовал, что совместная работа со сценаристами была бодрящей, с настоящим ощущением того, как персонаж развивается. И ещё, раньше я никогда не участвовал в телевизионном проекте в таком виде. Так что самым важным из того, что я извлёк из всего происходящего, было чувство, что развитие персонажа было органичным процессом и всегда эмоциональным.

ГУ: Откуда пришёл образ такого парня? Ты наблюдал за подобными ему, когда приехал в США или ты нашёл кого-то похожего в Швеции?

ЮК: Да-а-а... Можно и в Швеции такого найти. Но мне кажется это была комбинация и определённо доморощенный акцент. Старшие классы школы я посещал в Техасе, где публика была довольно сегрегированной, но я был маленьким худым белым пацаном и не мог примкнуть к фермерским детям, — почти все светлокожие парни в школе были деревенскими, — так что я примкнул к чернокожим и испанцам. Когда мы делали «Убийство», многое в памяти всплыло из моего выпускного класса. К тому же, знаешь, я всегда был, вроде как, поклонником той культуры и всегда был заинтересован в ней. Так что всё пришло оттуда и было скрещиванием деталей из разных областей.

ГУ: Ты с кем-то контактировал позже из того своего прошлого?

ЮК: Нет, к сожалению у меня нет с ними контакта. Но я изучал разную информацию: вместе со знающими шерифами был на рейдах по обыскам с конфискацией, посещал множество встреч анонимных наркоманов и присутствовал на них в Лос Анджелесе и Сиэтле. Мне кажется я подготовился к роли за пять или шесть недель. Всё это было вдохновением, переросшим в итоге во что-то самостоятельное

ГУ: Да. Я задаю все эти вопросы просто потому, что мне кажется, если я их не задам, то мой твиттер-аккаунт просто сожгут обозлённые фанаты сериала.

ЮК: (смеётся)

ГУ: Таак. Что было самое запоминающееся в работе над сериалом?

ЮК: Я не могу вспомнить что-то конкретное, но определённо — это совместная работа с Мирей, Мирей Инос — Линден. Скорее всего, ни с кем мне не было так приятно работать, как с ней. Просто... мы всегда были командой. В работе над телевизионным проектом ты всегда... сценаристы и режиссёры либо постоянно приходили со своими идеями, либо что-то исключали, но мы всегда оставались командой, всегда поддерживали друг друга, поддерживали идеи друг друга. Нам каждый день было очень весело. Весело в свободное время. Перед съёмками. Знаешь, часто было так, что нас разрывало от смеха и неожиданно объявляли: «Мотор» и мы, типа, «ха-ха-ха» и тут же в глубокой печали с обречёнными лицами, типа «закапываем наследство». Да, было очень здорово работать над шоу и это самое главное, что я сохраню в памяти.

ГУ: Наверняка, после отмены шоу, вы встретились и сказали: «О, привет, здорово видеть тебя снова!» Да?

ЮК: Да, конечно. Мы даже были соседями в Лос-Анджелесе какое-то время. Но мне нужно было переехать, ещё до того как я пришёл к ней в гости. Где-то через неделю после переезда я первый раз был у неё в доме. Мне кажется мы были слишком близко, всё было слишком близко. (смеётся)

ГУ: Вы видели друг друга достаточно, в течение дня.

ЮК: Да

ГУ: Поклонница спрашивает: изумительные усы Холдера были задуманы по сценарию или это личная идея?

ЮК: Ээм... Нет. Что у меня там было на прослушивании?.. Не помню.

ГУ: Волосы тоже были необычные. То, как они лежали.

ЮК: Ага. Жирные.

ГУ: Да. Да. Тебе не нужно было много времени тратить на грим. Или наоборот, чтобы сделать волосы так, чтобы они выглядели грязно.

ЮК: Да. Мне никогда не приходилось так долго возиться с гримом, чем на съёмках этого сериала. На мой грим уходило как минимум двадцать минут... в день.

ГУ: Двадцать минут?

ЮК: Да. Это очень долго. То есть обычно — это пара минут. Чальз Полье, художник-гримёр, который работал в шоу, он невероятно талантливый. Он скульптурировал лица, был очень внимателен к свету и постоянно общался с фотографом. Рисовал глубокие морщины в области рта и мешки под глазами. И все цвета, вся палитра цветов на лицах была постоянно под его контролем. Мы часто выглядели слишком счастливыми, здоровыми и он говорил: «Уф, мне нужно поработать над этим». А я часто на выходные ехал домой, в ЛА, — мы же снимали в Ванкувере и это далеко не самое лучшее место на земле в зимнее время, — я занимался сёрфингом и возвращался с лёгким загаром. Тогда он говорил: «Сегодня будем работать 45 минут».

ГУ: «Я говорил тебе держаться подальше от солнца!»

ЮК: Да. «У тебя есть крем от загара!»

ГУ: «Ты должен оставаться в помещении, сиди дома...»

ЮК: Мгм. Он был очень разочарован во мне. (Смеётся)

ГУ: Первый сезон был таким, что пугал поклонников до окончания. Было много критики, в том числе со стороны поклонников. Тебе кажется это повлияло на остаток сериала или всё было так и задумано?

ЮК: Думаю все настоящие любители знают, что сериал основан на датском оригинале. Первый сезон датского сериала состоял из двадцати двух часовых серий, а наши первые два сезона — из 26 серий по 45 минут, так что он следовал оригиналу почти полностью. Мне кажется тут был какой-то маркетинговый фейл, потому что люди чувствовали, что их обманули, пообещав развязку в конце первого. Вполне резонное обстоятельство, чтобы сильно обозлить людей. Но это было глупо. То есть, если ты любишь сериал, если смотришь его, то доверяй людям, которые его делают. Или просто смотри другой. И многие так и делают. То есть, я думал... народ, ладно вам, есть более серьёзные вещи, на которые стоит раздражаться. Но, конечно, для тех кто был по-настоящему заинтересован и залип на истории, позже было вознаграждение за терпение.

ГУ: Звучит так, как будто реакция немного задела тебя.

ЮК: Ну конечно. Я никогда не снимался в сериале и тем более в Америке. И я был удивлён насколько требовательны поклонники и насколько они увлечённые. Я был очень впечатлён тем, что являюсь частью чего-то, что не безразлично людям. Я чувствовал себя в центре событий. Пока мы снимали, мы получали отзывы. Так что это был такой опыт, который принёс много внутреннего удовлетворения. Но та часть, с недовольством, она выглядела немного глупой.

ГУ: Это как: «ну вы же обещали!»

ЮК: (Смеётся) Да, да. Мы отобрали у них игрушки.

ГУ: Вопрос от «фанатов Юэля Киннамана: что было самым сложным в персонаже? Кроме макияжа, вопрос о котором мы уже раскрыли.

ЮК: Это не было... не было... Опыт был очень продуктивный. Я глубоко самореализовался. Но самой сложной частью были первые семь серий, до момента, когда вскрылось, что Холдер бывший наркоман и они [съёмочная группа] хотели, чтобы в нём была тайна. А я привык к съёмкам фильмов, где у тебя двухчасовой фрагмент. Там задача — отобразить контрасты и удивить людей, с которыми ты снимаешь фильм, вроде как: смотри, даже такая сторона есть в этом персонаже... это расширяет опыт. А тут нужно манипулировать зрителем, не показывать ему все оттенки персонажа и заставлять сомневаться — хороший герой или плохой. Так что процесс сильно отличался, а я не был в теме. А ещё, в начале съёмки есть такая традиция неразглашения всей истории актёрам, так что нам не дали всю информацию. Я был разочарован в первое время, до того момента, пока не узнал, что тот аспект героя раскрыт и я могу наконец вложить в него те оттенки, которые хотел.

ГУ: Часто слышишь от актёров, которые снимаются в драматических сериалах, что они получают вначале одну часть сценария, а потом другую и говорят: «что, серьёзно?» Так что это держит тебя в рамках того характера, который был изначально выбран тобой в персонаже.

ЮК: Да и это не всегда... это может быть пугающим развитием событий. То, что ты должен довериться этому... знаешь, когда ты снимаешь фильм, ты читаешь сценарий и принимаешь решение — будешь ты участвовать в этом или нет, потому что знаешь, какой у тебя персонаж. А участие в таком сериале... понимаешь, когда всё меняется. Так что, хорошо бы быть в хороших отношениях со сценаристами. Мне в этом отношении повезло. Мы могли общаться и обсуждать что-то, мы понимали друг друга, но в начале всё это пугало.

ГУ: Многие люди в Твиттере спрашивают: почему тебя там нет?

ЮК: (Смеётся) У меня нет социальных контактов, точнее у меня есть и твиттер, и инстаграм и аккаунт в фейсбуке, но только для друзей. Просто мне кажется, что актёр всегда старается играть кого-то другого, поэтому он должен делать меньше исследований... Нет... не исследований... Ты должен быть менее публичным, насколько возможно. Потому что... Чем меньше люди знают обо мне, как о личности, тем проще им будет верить в происходящее, когда они видят меня в роли очередного персонажа.

ГУ: Тут фанат из Барселоны интересуется, смотришь ли ты Чемпионат Мира по футболу.

ЮК: Я смотрю и думаю: что мы тут сейчас делаем? Что мы тут делаем? (улыбается)

ГУ: Этот парень с Барселоны хочет знать за кого ты.

ЮК: Я болею за Францию, по очень веским причинам. Мне очень нравится французская сборная. Но эти Ле Пенн и вся история с правым фашистским крылом, которое получило 25% в последних выборах Европарламента. Очень пугающие времена сейчас в Европе, правое крыло обретает силу. В 1998, когда Франция выиграла Чемпионат Мира, Ле Пенн просто снизили свои позиции, они потеряли очень крупную поддержку, потому что вся команда, те герои страны — все были чернокожие: марокканцы, понимаешь, множество из них мусульмане. Так что, я думаю было бы неплохо для Европы, если бы Франция выиграла. Нам бы это было важно.

Источник: latimes.com
Это интервью о сериале
​Сериал рассказывает об одном убийстве с трех точек зрения — детективов, приставленных к этому делу, семьи погибшей и подозреваемых.
IMDB
8.20
65.085
Кинопоиск
8.06
12.837